Мистер кружево
Текст, фото и видео: Русина Шихатова
Вологодская область насчитывает около 6500 кружевниц, и плетение кружев здесь традиционно воспринимается как дело исключительно женское.

Мужчин, которые сегодня умеют плести кружева, можно пересчитать по пальцам одной руки, да и своё пристрастие к ремеслу они не особенно афишируют: не принято.

Одного из таких мастеров зовут Геннадий Бодунов.
Работы мастера Геннадия Бодунова на фабрике вологодского кружева особенно ценят: никто больше не умеет плести так же ровно и туго мерное кружево – узкие и длинные ажурные тесёмки, которыми украшают сорочки и постельное бельё.

Но мастером кружевного дела Геннадий Александрович стал не сразу.




Геннадий Александрович Бодунов родился в 1946 году и вырос в деревне под Вологдой, в семье кружевницы, где был вторым из четверых сыновей. Его бабушка, мама и тётя состояли в артели и плели кружево на продажу – но всё между дел. «То печку растопить, то еду приготовить, а задание надо выполнять: в нашу деревню каждый месяц приезжали люди, которые покупали кружева, платили за них хорошие деньги», – вспоминает мастер, когда мы встречаемся в его квартире на окраине Вологды. С детства он помогал с рукоделием бабушке, когда ей было некогда. «Мой отец тоже умел плести – у нас в деревне все всё умели делать, да и зимой работы нет. Кто половики ткёт, кто носки вяжет, кто кружева… Мне больше всего кружева нравились, обе бабушки плели, и мама, и тётка. А в деревне всегда посиделки – сидят трое, четверо в одной избе, печку натопят и рукодельничают».


Геннадий Бодунов в домашней мастерской



В свои 19 мальчик Гена поступил, как и большинство парней в его деревне: отправился служить в армию. Три года он провёл в Казахстане. А когда вернулся, очень мучился от смены часовых поясов — тогда и взялся за кружево. «Я просыпался очень рано, и чтобы отвлечься от бессонницы, начал плести. У бабушки в доме стояла подушка — заготовка с кружевами. И тут я вспомнил всё». Бабушка мастера, по его словам, сначала плести запрещала, боялась, что парень только испортит нитки. А вот мама обрадовалась, что её сын тоже научился плести: кому-то ведь надо было передавать мастерство.







В обычной жизни Геннадий Александрович работает электромонтёром на заводе. «Электричество и кружево, нитки и провода, — всё одна инженерия, тонкая», — говорит он с улыбкой.

В 1960-е он начинал карьеру и почти 40 лет проработал на комбинате хлебопродуктов, где и познакомился с женой.



Фаина Акрамовна увлечения своего супруга не разделяет, но терпит:

«Ну да, такое увлечение, говорит она. —Кто-то пьёт, кто-то курит, а вот мой муж плетёт кружево». К звонкому звуку коклюшек в доме она уже привыкла, хотя и жалуется: «Муж в 6 часов утра встаёт и не даёт мне спать, плетёт свои кружева». Но потом добавляет: «Никто не должен вмешиваться в этот процесс».





Тонкая инженерия




«В нашей деревне кружево
все умели делать»



видео: в гостях у Геннадия Александровича